Apr. 15th, 2015

dsz1: (Default)
- Да вас знобит. Я сейчас плед принесу, - она сорвалась с места, хлопнула дверца шкафа, не успел опомниться, как меня укрыли шерстяным пледом по самую шею, словно непослушного ребенка, хотя я больше напоминал немощного старца по всем разумным определениям.

Ее пальцы бегали по мне, как по арфе, она так старательно подтыкала края пледа, будто хотела спеленать с ног до головы, обездвижить, лишить возможности вырваться из чересчур заботливых рук хозяйки. Закончив игривые манипуляции, Носкова оглядела поле боя и воина, попавшего в плен клетчатому шотландскому войску, приблизила лицо ко мне, словно желала рассмотреть в мельчайших деталях, типа "запомните его таким", затем внезапно поцеловала в губы, точнее, метила в губы, но я нырныл головой вниз, так что поцелуй пришелся в лоб - так обычно прощаются с покойником.

Нисколько не сконфузившись от неудачи, она предприняла вторую попытку - на этом раз Носкова обеими руками схватила мою голову, как кочан капусты, зажав в ладонях с такой силой, что мне почудилось, будто лицо сплющили, сдавили тисками. Она снайперски прицелилась, прищурив левый глаз, и влепила поцелуй прямо в губы, при этом всем телом придавив меня к креслу. Давненько я не чувствовал себя полностью беспомощным в столь жарких объятиях страстной женщины.

Через несколько секунд мне показалось, что Носкова хочет с помощью продолжительного поцелуя высосать через рот весь мой мозг или что там осталось, по утверждению грифа. Я попытался рывком выпростать руки, но хозяйка настолько плотно прижималась ко мне, что финт не удался, тогда мне пришлось действовать ногами и пятки застучали по полу - так бьют плашмя ладонью по ковру поверженные борцы после болевого приема, не в силах терпеть страдания.

Мои пятки выстукивали морзянкой отчаянный "sos", но безумная Ксения не понимала языка телеграфистов и не обращала внимания на молчаливый вопль о помощи. Наконец я смог ужом вытянуть руку из-под пледа и стал аккуратно, но настойчиво просовывать ладонь между слипимися в экстазе телами на манер штыковой лопаты. Как только рука взрыхлила половину грядки, достигнув ложбинки между грудей, я сжал волю вместе с ладонью в кулак и рывком отпихнул Ксению от себя. На долю секунды мне почудилось, что сначала ее ноги оторвались от пола, повиснув в воздухе, как в невесомости, а затем уже губы отшвартовались от меня стыковочным модулем.

Носкова отпрянула, еле удержавшись на ногах, зацепила бедром столик с напитками, едва не опрокинув, бутылки жалобно зазвенели от страха, но все по счастью обошлось. Она пошатываясь обогнула стол, села напротив меня в кресло, тряхнула головой, поправляя сбившуюся прическу.
Мы оба тяжело дышали, словно долго гоняли в салочки по дому, хотя случайный наблюдатель, глядя на наши раскрасневшиеся лица мог бы нафантазировать все что угодно - от совместной колки дров до катания по полу в обнимку, судя по сбившемуся ковру.
- Так на чем мы остановились? - отдышавшись, как ни в чем не бывало спросила Носкова.
- В разговоре или в поползновениях к любви? Надо признать, действовали вы в обоих ипостасях синхронно, хотя и противоречиво - предсказали точную дату моей смерти и тут же начали опровергать собственное пророчество действием - пытались лишить воздуха посредством поцелуя взасос.
- Не выдумывайте, - возразила Носкова и принялась теребить уже среднюю пуговицу на кофте.

Подобными темпами она, пожалуй что до юбки доберется за полчаса и останется в чем мать родила, разрушив последние моральные преграды между нами. Следует как можно быстрее придумать способ вернуть ее к алтарю добродетели. Не скажу, чтобы Ксения мне активно не нравилась, бывали в жизни сюжеты и похлеще, но адюльтер с колдуньей в нынешних реалиях показался неуместным.

В который раз зазвонил телефон. Носкова рванулась на звук, будто скаковая лошадь на гонг ипподрома.
- Послушайте, Ксения, может вы принесете аппарат сюда и будете разговаривать здесь, вместо того, чтобы каждые пять минут носиться по дому, как ошпаренная? Я могу на время уши руками заткнуть, а по губам читать не умею, даже отвернусь для верности.
- Не в этом дело, - виновато стала оправдываться Носкова, но телефон продолжал орать из кухни, требуя ее к себе.

Она встала и вышла. Я налил еще на три пальца и опрокинул пойло в себя с желанием потушить огонь возмущения, бушевавший внутри. С кухни послышался странный шелест, я повернулся на звук и волосы на голове у меня зашевелились сами собой - хозяйка стояла в конце коридора спиной ко мне, приложив телефон к уху, молча кивала головой и, видимо, следуя указаниям, раздевалась.

Profile

dsz1: (Default)
dsz1

January 2016

S M T W T F S
     12
3456789
101112 13 14 1516
1718 1920 212223
24 25 2627282930
31      

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 27th, 2017 02:53 pm
Powered by Dreamwidth Studios