dsz1: (Default)
[personal profile] dsz1

Я встал, прошел в ванную, умылся, заглянув на кухню - чего напоследок играть с собой в кошки-мышки - сразу направился к холодильнику, прихватив из него бутылку водки, вернулся в комнату. Во мне теплилась надежда, что за время отсутствия в комнате нарисуется бестиарий, как-никак сегодня знаменательный день, их подопечный отправляется прямиком к праотцам, но зоопарк нечистой силы не появился.

Зато посреди журнального стола громоздилась объемная коробка, перевязанная атласной лентой с веселым бантиком сверху. Так сказать, презент от сослуживцев на юбилей по поводу досрочного ухода из жизни. Сев в кресло, я налил рюмку, поморщивщись, выпил и стал рассматривать подарок, намереваясь по внешнему оформлению определить внутреннее содержание. Оберточная бумага была разрисована в праздничных тонах - большое количество разноцветных фейерверков рассыпалось многочисленными звездами над восторженной толпой человечиков, державших в руках транспаранты с надписями "С Новым Годом!", "С Днем Рождения!", "С Пасхой!", и тому подобное.

Казалось, производитель хотел отметить все случаи жизни, все красные даты календаря, включая религиозные, чтобы никто не остался в накладе. В иных обстоятельствах я бы посетовал на неразборчивость в средствах, но сегодня почему-то хотелось похвалить неведомого дизайнера за предусмотрительность - в конце концов мне неведомо, чем сегодняшний день обернется в итоге - тризной или новым днем рождения? Я не спешил развязывать тесемки и поднять крышку просто потому, что никуда не торопился - мне на это торжество не опоздать, почить в бозе, как ни крути, успеешь. По всем прикидкам внутри должен быть торт, смушало одно, коробка выглядела не квадратной, а непропорционально продолговатой, для юбилейного лакомства нестандартная форма.

Так я сидел перед подарком, крутил, вертел его в разные стороны, ни о чем не думая, подперев лицо ладошкой и наслаждаясь веселыми картинками, пока первая доза алкоголя не прижилась в организме, потребовав продолжения. Пить на пустой желудок не хотелось, я поспешил на кухню, чтобы слямзить что-нибудь сьестное, вернувшись обратно, убедился в правильности своих догадок.

Неизвестный доброжелатель захотел пришпорить события и любезно распаковал красочный презент - стол украшал причудливый торт безе. Продолговатая форма объяснялась проще некуда - основой композиции являлся холмик с могилкой, в изголовье которого возвышалась косая плита с надписью, а в ногах горела одная-единственная свеча. Я выпил, закусил, с удовольствием закурил и пододвинул торт поближе, чтобы рассмотреть уже в подробностях.

Торт был произведением искусства, выполненным рукой мастера, не побоюсь этого слова, художника, исповедующего стиль мистического реализма, приверженца глубокого погружения в отображаемый предмет. Одна надпись на надгробье чего стоила, филигранный подчерк с завитушками гласил: "Никитин В. И., 1960 - 2009 (где-то в марте)", внизу приписаны три строки:
"Живи, живя. Копти, коптя. Умри, умря."
На мой дилетантский взгляд, эпитафия была не лишена философского начала - если не придираться к рифме, трехстишие несло в себе потаенный смысл - что наша жизнь, если не полная "коптикоптя"?

Могильный холмик, залитый изумрудной глазурью, напоминал половинку батона докторской, разрезанного вдоль, на нем нарочито небрежно лежал венок из марципана, лепесток к лепестку, веточка к веточке, наискосок красная лента с надписью золотом: "От безутешных соратников по досугу".
 Соратники сидели тут же, сбоку, на марципановой синей лавочке без спинки, расположившись рядком - крыса, черт и гриф. Фигурки были вылеплены с особой тщательностью и любовью к деталям - Дунька в стромодном фиолетовом строгом платье, шея укутана, подол до земли, морду прикрывала черная вуаль, резко контрастирующая с белоснежным платком, зажатым в лапке. Черт в смокинге, в неизменных синих кедах на ногах, склонив непокрытую голову, прижимал вороненого цвета цилинднр к покаянной груди. На лице Варфаламея скорбь боролась с отчаянием.  Опоясанный траурной лентой гриф, потупив взор, застыл последним в ряду, зажав под крылом пурпурную розу, которую вот-вот бросит прощальным взмахом на мою могилку.

Если бы к триумвирату на лавочке пририсовать задником пейзаж хмурого вечера с всплывающей луной из-за церковной колоколенки, вполне получилась бы сцена в провинциальном духе на тему одного из романов Диккенса, настолько достоверно выглядел торт. Мистический реализм ему придавала горящая свеча, пламя так трепыхалось оранжевым мотыльком под порывами невидимого ветра, судорожно, из последних сил борясь со стихией, что мне невольно захотелось прекратить ее мучения.
Судя на нагару, восковыми слезами убегавшему вниз на посыпанную кулинарной крошкой дорожку рядом с холмиком, свеча уже выгорела наполовину. Я наклонился и дунул что есть силы. Пламя погасло, чтобы через мгновенье загореться вновь, дальше эксперементировать желания не возникло, и так стало понятно - не ты свечу зажег, не тебе и гасить.

Profile

dsz1: (Default)
dsz1

January 2016

S M T W T F S
     12
3456789
101112 13 14 1516
1718 1920 212223
24 25 2627282930
31      

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 23rd, 2017 08:48 pm
Powered by Dreamwidth Studios